Блоги

История с ковриком

(4 голоса)

На встрече в музее Анастасии Цветаевой 22 января мы презентовали новые поступления в музей, в том числе подарок из музея А.М. Горького в Москве.

А начиналась эта история так. В прошлом году в музее А. Цветаевой на мероприятии, посвящённом 110-летию сына писательницы – Андрея Борисовича Трухачёва побывала гостья из Москвы, помощник депутата Государственной Думы РФ Анна Гребенщикова со своей мамой Татьяной Алексеевной Горбуновой. Гостей тогда очень заинтересовала история с ковриком, который подросток Андрюша Трухачёв вышил для известного пролетарского писателя Максима Горького.

На том мероприятии демонстрировалась фотография коврика, правда, очень маленькая и неважного качества… Участники встречи узнали о появлении этого коврика. Когда А.И. Цветаева в 1927 году побывала в Сорренто, в гостях у писателя, она привезла сыну книгу «В людях», которую Алексей Максимович подарил Андрею. Тот не только прочитал книгу «от корки до корки», но решил проиллюстрировать её довольно необычным образом. К 60-летнему юбилею писателя он начал вышивать коврик со сценой из книги. В качестве ответного подарка коврик был отправлен в Сорренто, и в одном из писем Горький не только поблагодарил Андрюшу за подарок, но и признался, что, когда он грустит о родине, он смотрит на коврик, висящий в его кабинете, и на сердце становится теплее… Прошли многие годы, свершились многие события, и о судьбе коврика Анастасия Ивановна и Андрей Борисович ничего не знали. И уже в конце двадцатого века он обнаружился в фондах музея М. Горького в Москве. Оказалось, что писатель, возвращаясь на родину из Сорренто, взял только самые любимые вещи. И среди них – коврик Андрюши Трухачёва. Спустя шесть десятилетий автор по приглашению сотрудников музея вновь увидел свою работу… На оборотной стороне холста большими буквами юным художником была выведена надпись: «Максиму Горькому обещанный подарок к юбилею. Андрюша Трухачёв». На лицевой стороне, на синей шёлковой окантовке внизу, красным шёлком вышито: «Сидя на тропе, она спокойно срезает корни грибов, а около неё…» (М. Горький. «В людях», стр. 57). Сколько же времени и терпения потребовалось подростку для этой работы! И, конечно, творчества, мастерства! Как тонко передано очарование осеннего леса, и фигура бабушки, и напряжённо застывший волк, и паучок на серебряной паутинке, и улетающий клин журавлей… Несомненные художественные способности были у мальчика Андрюши.

А.Б. Гребенщикова, узнав эту историю, предложила свою помощь – обратиться в Москве в Институт мировой литературы с просьбой, чтобы в павлодарский Цветаевский музей были высланы фотографии коврика с двух сторон, с указанием его точных размеров, и другие материалы, касающиеся взаимоотношений сестёр Цветаевых с М. Горьким. Письмо А. Гребенщиковой было передано заведующей музеем А.М. Горького С.М. Демкиной. Светлана Михайловна оперативно откликнулась, и в Павлодар безвозмездно были присланы интереснейшие материалы, которые пополнили раздел музея, посвящённый А.Б. Трухачёву.

Это фотографии коврика с двух сторон, крупные снимки надписей на нём; автографы, адресованные Мариной и Анастасией Цветаевыми М. Горькому; фотография 1991 года, на которой А.И. Цветаева и ее сын А.Б. Трухачёв рассматривают коврик, вышитый Андреем к 60-летию А.М. Горького;

статья сотрудника музея М.В. Донцовой «ПЕШКОВЫ И ЦВЕТАЕВЫ. МУЗЕЙНЫЕ ПРЕДМЕТЫ - О ПЕРЕСЕЧЕНИИ СУДЕБ (По материалам фондов Музея А.М.Горького в Москве)»

     Мы наконец узнали точные размеры коврика – 79 на 73 сантиметра.

     Огромное спасибо С.М. Демкиной и коллективу музея А.М. Горького за эти интересные материалы, а Анне Гребенщиковой – за её творческую инициативу!

 

ПЕШКОВЫ И ЦВЕТАЕВЫ.

МУЗЕЙНЫЕ ПРЕДМЕТЫ - О ПЕРЕСЕЧЕНИИ СУДЕБ

(По материалам фондов Музея А.М.Горького в Москве)

 

@2015 г.                                                   Донцова М.В.

Институт мировой литературы РАН имени А.М.Горького

mardon@mail.ru

 

В фондах Музея А.М.Горького в Москве среди многочисленных подарков писателю от почитателей хранится особенный предмет - коврик, вышитый Андрюшей Трухачевым - сыном Анастасии Цветаевой - к юбилею Алексея Максимовича. Рассказывая историю этого экспоната, нельзя не коснуться истории немногих встреч членов семей двух знаменитых фамилий - Цветаевых и Пешковых, и не упомянуть о других музейных предметах, связывающих их имена.

The Gorky museum in Moscow stores among many gifts from admirers of the writer a special subject - rug, that has been embroidered by Andrey Truhachev (son of Anastasia Tsvetaeva) for the anniversary of Gorky. Telling the story of this exhibit, we`d like to refer to few meetings of family members of two famous names - Tsvetaeva and Peshkov.

Ключевые слова: Пешкова, Горький, Цветаева, музей, экспонат

Keywords: Pechkova, Gorky, Tsvetaeva, museum, exhibit

 

Сложно сразу вспомнить второго человека, обладавшего сравнимым количеством корреспондентов (а это число - 40000), таким же широчайшим  кругом общения, знакомств, как А.М. Горький. И эти люди, которых судьба свела с писателем – кого на час, кого на десятилетия – совершенно разные - одни имена знамениты на весь мир, другие - не скажут нам сегодня ни о чем.  Нам было интересно коснуться имени Цветаевых, проследить, когда и как пересекались судьбы этих двух фамилий - Пешковых и Цветаевых и какими материальными знаками остались обозначены эти точки пересечений среди экспонатов нашего музея.

Сестры Цветаевы знали имя Максима Горького с детства - это был любимый писатель их матери. Из воспоминаний А.И. Цветаевой: "Максим  Горький. Это лицо  знаешь  с детства.  Оно  было -  в  тумане младенческих восприятии  -  неким первым впечатлением  о  какой-то  новой  и чудной  -  о  которой шумели  взрослые  - жизни. Оно  мне  встает  вместе  с занавесом  Художественного  театра,  с  птицами  Дикая  утка   и  Чайка - черненькие  дешевые открытки, с которых глядят вот эти самые, вот эти глаза, светло,  широко,  молодо,  дерзко  под  упрямым  лбом  с  назад  зачесанными волосами, над  раздвоенным лукавым носом,  над воротом  косоворотки. Все это плюс  широкополая шляпа (на другой открытке) или плюс  высокие сапоги" [1]

 Марина и Анастасия встречались с Екатериной Павловной Пешковой и ее детьми - Максимом и Катюшей - зимой 1905-1906 гг.: "Мы жили в Ялте в последнюю зиму жизни нашей матери, которая болела туберкулезом. Над нами жила Екатерина Павловна Пешкова со своим сыном Максом, которому тогда было 8 лет. Мы с ним часто играли во дворе, и я катала его на себе верхом. А Екатерина Павловна говорила: «Макс, как тебе не стыдно! Ведь Асе трудно, ты же тяжелый!», — и настаивала на том, чтобы я его спустила..."[2] 

"Прелестная, молодая и такая всегда серьезная!"  - такой запомнили жену Горького девочки Цветаевы. "И в этой серьезности – такая застенчивая, в полуулыбке, женственной, не по-женски твердого, горького в выражении сдержанности в решимости рта. Мы протягиваем ей два альбома, наши, нервийские. Марусин – кожаный, мой - плюшевый, темно-красные. Застенчиво, в один голос: «Напишите нам на память что-нибудь». И жена маминого любимого современного писателя пишет нам, почти двенадцати- и четырнадцатилетним, слова, живущие в моей памяти до сих пор: «В борьбе обретешь ты право свое! – Марусе Цветаевой – Е. Пешкова». «Лишь тот достоин жизни, кто ежедневно ее завоевывает! – Асе Цветаевой – Е. Пешкова». Мы летим вниз по лестнице. Максик и Катя! Такие родные нам, такие разные. Уклоняющиеся в недетский час прощанья мальчишеские глаза Макса. Прямо глядящие, не по-детски серьезные глаза Кати. <...>

Вскоре после нашего приезда в Тарусу туда дошла весть, что больна скарлатиной дочка Екатерины Павловны и Горького Катюша Пешкова <...> Разговор о ней я помню у постели мамы. Лицо мамы было жалобное, печальное. Она хоть мало знала, но помнила Катю, слышала о том, какая это замечательная, умная и хорошая девочка с большими музыкальными способностями. Бедная Екатерина Павловна, что теперь с ней?" [3]

В июле 1906 года мать Марины и Анастасии Цветаевых скончалась, а 1 августа умирает Катюша Пешкова. На смерть девочки Марина Цветаева пишет и посвящает Е.П.Пешковой стихотворение "У гробика".

Много позже, в 1926 году, когда А.М. Горький жил в эмиграции, у писателя и А.И. Цветаевой завязалась переписка. Письма Цветаевой и ее друга, поэта и ученого Б.М. Зубакина заинтересовали писателя, и он пригласил их к себе в гости, помог достать заграничные паспорта и деньги. Летом 1927 года Анастасия Ивановна провела несколько недель в гостях у Алексея Максимовича в Сорренто, о чем напоминают два "соррентийских" автографа «Дорогому Алексею Максимовичу с просьбой о неосуждении - мою давнюю книжку. А.Ц. 12 авг. 192[6] Сорренто» на «Королевских размышлениях»; «Дорогому Алексею Максимовичу - мою дурную книжку, которую и не люблю, и люблю. На добрую память. А. Ц. Sorrento. 23.VIII.2<7>» на книге «Дым, дым и дым») и благодарственный Марины: «Дорогому Алексею Максимовичу с благодарностью за Асю. Марина Цветаева. Мёдона, сентябрь 1927 г.» на поэме-сказке «Царь-девица». Еще одна надпись сделана Мариной Ивановной на трагедии «Тезей»: «Дорогому Алексею Максимовичу - первую часть замысла. М.Ц. Мёдона, сентябрь 1927 г.» Эти экземпляры с автографами хранятся в музее среди других уникальных книг личной библиотеки Горького.

Однако отношения между писателем и Б.М. Зубакиным не сложились, что невольно отразилось и на отношении А.М. Горького к А. Цветаевой (см. письма А.М. Горького Б.Л. Пастернаку от 7 ноября 1927 года и 19 октября 1927 года, а также краткое послание Е.П.Пешковой от 29 февраля 1928 года), и в дальнейшем близкого  общения и дружбы не получилось.

В 1933 году А.И. Цветаева была арестована. Тогда Б.Л. Пастернак обратился за помощью к Е.П.Пешковой, и Анастасию Ивановну освободили. О том, что ее вызволил А.М. Горький, Цветаева узнала только при втором аресте в 1937 году, услышав фразу следователя: "Теперь Горького нет, некому защищать Вас".

Кроме книг с автографами, в музее есть еще один необычный экспонат. Принято считать, что музейная работа скучна и рутинна. На самом деле в ней есть и своя интрига, свои открытия, и неожиданные пересечения. А еще есть музейные предания. Однажды, в 1986 году, проходя мимо, в наш музей заглянул один интересный человек - Владимир Владимирович Соловьев.

Дальше приедем слова самого Соловьева:

"Как-то вдруг я оказался в Музее Горького, что ныне рядом с храмом Большого Вознесенья на Никитской в бывшем особняке промышленника Рябушинского. Разговорился с сотрудницами музея, те кутались в теплую одежду: окна из дуба, не заклеенные, пропускали холод. На следующий день я принес уплотнители и клей. Работа закипела! И через полчаса в потеплевшем помещении мы распивали дружеский чай. Тут я рассказал работницам музея Валерии Николаевне и Екатерине Михайловне и подошедшей внучке Горького Марфе Максимовне об одном известном мне подарке сына Цветаевой Андрюши Трухачева Горькому".

Гость музея был журналистом, писателем и очень активным общественным деятелем. Человеком он был поразительно коммуникабельным, любящим людей и очень заинтересованным по отношению ко всему происходящему в обществе и в жизни каждого человека, с которым его хоть раз сводила судьба. Люди отвечали ему тем же. Никто, включая самые знаменитые личности, не мог устоять перед его душевной открытостью. Поэтому В.В.Соловьев мог похвастаться огромным количеством знакомств. А обладая почти горьковской феноменальности памятью, имел в запасе множество занимательных историй. И вот, о чем он поведал: в 1985 году, будучи в гостях у писателя, позже легендарного экстрасенса-исследователя Владимира Сафонова, он познакомился с Андреем Борисовичем Трухачевым, очаровавшим всех рассказами о необычном. А через некоторое время Андрей Борисович представил его своей матери, Анастасии Ивановне Цветаевой.

Далее приведем рассказ Соловьева об этом эпизоде:

"... Уже во время первой нашей встречи, показывая мне домашний музей, Анастасия Ивановна с гордостью сказала, указывая на вышитые коврики на стене: "А это работы Андрюши! Учась в школе, он увлекся, представьте себе, вышиванием и превзошел, по-моему многих мастериц. Когда Горький приезжал в 29-м в Москву, справить свое 60-летие, Андрюша тоже решил поздравить его и сделать ему подарок и стал вышивать для него коврик, на котором была изображена сцена из повести Горького "В людях", где он описывает, как его бабушка, собирая в лесу грибы, встретила волка. Андрюша очень красиво изобразил лес, голубое небо, бабушку и волка, золотые и багряные деревья, а в левом верхнем углу на серебряной паутине паучка.

К юбилею коврик не был готов, и Андрюша отправил его в Сорренто позже, и вскоре между ним и Горьким завязалась переписка. В одном из писем Алексей Максимович написал: "Дорогой Андрюша, твой подарок я повесил в моем кабинете, прямо над дверью, и, когда мне бывает скучно без Родины, я подхожу и любуюсь твоим подарком. И мне становится тепло!" Вскоре Горький вернулся в СССР, но взял ли он с собою из Сорренто коврик, мы не знаем и где он нынче, не можем даже и предположить..."

Вот такую историю рассказал новый друг музея, как он потом себя называл, сотрудникам.

"Постойте, – вдруг откликнулась хранительница фонда Валерия Николаевна, – вы сказали, Трухачев? А мы и не подозревали, что он сын Анастасии Ивановна, подождите минуточку!" Через несколько минут из "фонда подарков детей Горькому" был принесен тот самый коврик, о котором рассказывали Анастасия Ивановна и Андрей Борисович. Соловьев бросился звонить, взволнованный находкой, а через несколько дней в музей приехали и сами виновники события и, не веря своим глазам, бережно гладили серебряную паутинку, вспоминая события уже далеких дней.

Коврик (инв. №269, размер 78х73 см), представляет собой холст, обшитой рамкой хлопчатобумажной ткани; по масляной краске вышивка цветной шерстью. Под изображением вышитая цитата из повести «В людях»: «Сидя на тропе, она спокойно срезает корни грибов, а около нее…(М.Горький «В людях» стр. 57)»; на обороте вышито: «Максиму Горькому обещанный подарок к юбилею. Андрюша Трухачев».

28 марта 1991 года, в 123-ю годовщину со дня рождения М.Горького А.И.Цветаева и А.Б.Трухачев выступили с воспоминаниями о встречах с писателем и об истории этого экспоната перед гостями музея.

 

Список источников

1.         Анастасия Цветаева Собрание сочинений. Том 1. -  М., Изограф, Благотворительный Фонд имени семьи Цветаевых, 1996 г., 256 с

2.         Мария Костюкевич «Легенды и были трех сестер» // «Московский комсомолец», 27.09.1999, стр. 8

3.         Анастасия Цветаева.  Воспоминания. // Метод доступа < http://www.litres.ru/anastasiya-cvetaeva/vospominaniya/ >

 

 

 

Зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии